Category: образование

Category was added automatically. Read all entries about "образование".

Мединский об авторитарности

В психологии есть понятие "авторитарная личность". Разные школы и авторы имеют немного разные описания её признаков, но можно выделить её главную особенность - любовь к авторитетам и силе. Именно авторитарная личность соответствует ницшеанской "воле к власти" и, словами Фромма, бежит от свободы. Бегство от свободы - это отказ от ответственности за собственную жизнь, дескать, я гражданин и до конца исполняю свой долг, я солдат и только подчиняюсь приказам, я фюрер и лишь исполняю волю провидения.

Авторитарная личность не нуждается в свободе, она нуждается в авторитете, который даст заповеди, указания, приказы, расскажет о правилах игры. «Вы, Борис Александрович, так говорите про авторитарную личность, как будто это что-то плохое!» — скажет иной читатель и я бы хотел немного оправдаться. Элементы авторитарности неизбежно будут присутствовать в каждом человеке, ведь каждый человек по ходу своего взросления вынужден иметь пример для подражания, должен соблюдать правила общежития с другими людьми и нуждается в неких ориентирах, которые ему будут даваться со стороны. Это совершенно нормально в период становления личности, во время обучения, но уже взрослый человек с преобладанием авторитарного начала в складе своей личности — это не очень хорошо.

Выраженная авторитарная личность демонстрирует неспособность к отношениям на равных. Она стремится к жесткой иерархичности, которая проявляется как в стремлении доминировать и подавлять, так и в стремлении подчиняться тому, кто наделён силой и властью. Это как волк пел в детской сказке: "Я сильных уважаю, а слабых обижаю". Уважение и почитание силы (даже несправедливой) логично подкрепляется презрением к слабости (которая на деле может быть и не слабостью, а проявлением терпимости, доброты и доверия). Авторитарная личность отличается "двуполярным" отношением к миру: или ты или тебя, подчинение или подавление. В этом подходе есть нечто от подросткового максимализма с чёрно-белым восприятием мира, помноженного на неспособность к доверию и подлинной любви, основанной на интересе и доброжелательности. Авторитарная личность избегает, таким образом, невыносимого для неё состояния неопределённости в отношениях. Или полное подчинение, или полный контроль - и в том и в другом случае есть возможность избежать тревоги, так как в первом случае вся ответственность лежит на другом, а во втором имеются все рычаги давления и управления.

Обращаю ваше внимание, что у выраженной авторитарной личности могут на всю жизнь остаться подростковые черты, т.е. она, в некоторой степени, застревает в своём развитии.

Авторитарность может проявляться не только внешне, в том, как человек взаимодействует с другими людьми, но и внутренне, в том, как человек думает и чувствует. Это может проявляться в фанатичной религиозной вере, догматичном следовании привитым с детства и юности правилам и моральным нормам. Критическое осмысление старых авторитетов, убеждений и догм будут восприниматься, как святотатство. Сомнение - это уже грех. Человек сам отгоняет от себя любые мысли, бросающие тень на авторитет, подвергающие авторитет сомнению, боится этих мыслей и, если они всё же приходят, испытывает чувство вины.

https://borismedinskiy.livejournal.com/12360.html

Советское эзотерическое подполье 60-х-80-х годов. Материалы для чтения



СТАТЬЯ
Носачев П. Г. Пролегомены к изучению советского эзотерического подполья 60-80-ых годов XX века
Вестник Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета. Серия 1: Богословие. Философия. Религиоведение. 2012. № 4. С. 39-47.
Статья является введением в проблематику изучения советского эзотерического подполья 60 — 80-х гг. XX в.
https://cyberleninka.ru/article/n/prolegomeny-k-izucheniyu-sovetskogo-ezotericheskogo-podpolya-60-80-h-gg-xx-v/viewer
____________________________________________________________________________________
Южинский кружок
https://ru.wikipedia.org/wiki/Южинский_кружок

Воспоминания Дудинского о Южинском кружке и других салонах
https://www.peremeny.ru/column/view/1049/
http://rulife.ru/mode/article/510

Можегов о раннем Дугине
https://magazines.gorky.media/continent/2010/144/polzushhij-angel.html

Мнение Быкова о Южинском кружке
https://echo.msk.ru/programs/odin/1920484-echo/

Расследования Сергея Фомина о Южинском кружке
06 https://sergey-v-fomin.livejournal.com/306503.html
07 https://sergey-v-fomin.livejournal.com/306913.html
08 https://sergey-v-fomin.livejournal.com/307924.html
09 https://sergey-v-fomin.livejournal.com/308057.html
10 https://sergey-v-fomin.livejournal.com/308335.html
11 https://sergey-v-fomin.livejournal.com/309166.html
12 https://sergey-v-fomin.livejournal.com/309446.html

Константин Серебров. Один шаг в Зазеркалье. Мистический андеграунд
https://www.litmir.me/br/?b=174686&p=1

Олег Синельник. МАНДРАПАПУПА, или Тропами падших комет
https://kartaslov.ru/книги/Олег_Синельник_МАНДРАПАПУПА_или_Тропами_падших_комет_Криптоапокриф/6
______________________________________________________________________________________
Владимир Джа Гузман (настоящая фамилия Видеман, 1955, Таллинн, Эстония) — кандидат психологических наук, писатель, журналист, общественный деятель.

По образованию русский филолог.

Много путешествовал по СССР, Душанбе. Занимался самиздатом, преподавал в подпольных кружках йогу, карате и кун-фу, читал лекции в мистических салонах Таллинна, Ленинграда, Москвы и Душанбе. Принимал участие в диссидентском движении, знал ряд ключевых фигур эстонского сопротивления, среди которых — философ и духовный учитель Рам Михаэль Тамм, лидер эстонских консерваторов в Европарламенте Тунне Келам, первый переводчик Корана на эстонский язык Хальянд Удам.

В 1987 году уехал в Южную Америку (Богота, Колумбия), через год переехал в Западный Берлин, где начал работать корреспондентом Русской службы Би-би-си. Много путешествовал по Западной Европе и США.

С 2006 года живет в Лондоне. Активно писательской деятельностью занимается с 2002 года. Его автобиографический роман «Школа магов», вышедший в Эстонии в 2008 году (на эстонском языке), был объявлен некоторыми критиками хитом сезона.

Тропой священного козерога, или В поисках абсолютного центра
В 70-80-х годах прошлого века молодые люди, уставшие от официального лицемерия и унылой действительности застойного периода, в поисках ответов на основные вопросы бытия углублялись в себя, пытаясь использовать для этого техники измененного сознания и освоить глубинную мудрость древних философий. Эта книга о паломничестве на Восток — не только духовном, но и реальном.

Школа Магов. Фрагменты мистического движения в СССР в 70-80 гг ХХ века
Автобиографический роман «Школа магов», вышедший в Эстонии в 2008 году (на эстонском языке), был объявлен некоторыми критиками хитом сезона.

https://www.koob.ru/wiedemann/

Секс, наркотики и божественные книги. (2009)
Интервью с Владимиром Видеманом
https://www.peremeny.ru/column/view/988

Об убийстве Талгата Нигматулина :
https://www.peremeny.ru/column/view/978/
________________________________________________________________________________________

Советские мистики на Афише
https://daily.afisha.ru/relationship/13738-sovetskie-mistiki-kak-ya-reshila-nayti-masterov-osoznannosti-rodom-iz-sssr/

История Сергея Москалева — адепта суфизма и создателя Punto Switcher
https://daily.afisha.ru/relationship/13753-sovetskie-mistiki-istoriya-sergeya-moskaleva-sufiya-i-sozdatelya-programmy-punto-switcher/

Поколение снежинок

Поколение на горошине: рожденные после 1989 года как новый вид людей

Такие ранимые и вместе с тем такие агрессивные… Знакомься: поколение, рожденное после 1989 года. Ты легко узнаешь их по стаканчику с кофе, самокату, кедам и набору претензий к жизни. (У нас тоже много претензий, но мы вежливо молчим.)

По теории поколений Штрауса и Хау (https://sbitnevsv.livejournal.com/1615021.html) во многом соответствуют поколению Y.

То, что поколения отличаются одно от другого, знали еще древние вавилоняне. Но, пожалуй, впервые в истории эти отличия оказались так громадны, что антропологи не только в шутку поговаривают о появлении нового вида людей.

Collapse )

Почему арчинский язык считается одним из самых трудных в мире

Селение Арчи в Дагестане расположено в труднодоступной местности, а арчинцы не любят смешиваться с другими жителями республики. По этой причине их язык является обособленным, не похожим даже на родственные лезгинский и табасаранский языки. N + 1 обратился к Дмитрию Качкову, участнику проекта «Страна языков», с просьбой рассказать об особенностях арчинского.

«Бог создал народы и языки; языков было создано гораздо менее, чем народов. Бог на несколько народов выдавал по одному языку, но все народы отказывались от языка самого трудного в свете, который и достался самом небольшому народу в свете: язык арчинский и народ арчинский».

Эту легенду привел барон Петр Карлович Услар в своем письме филологу Антону Антоновичу Шифнеру от 19 октября 1863 года. Услар — кавказовед, лингвист, этнограф XIX века, описавший ряд языков Кавказа: чеченский, табасаранский, лезгинский, аварский… Ему же принадлежит и первое исследование арчинского языка: упомянутое письмо содержало краткий очерк грамматики. «Я полагаю, что никогда ни одного слова не было еще записано на языке Арчи, и едва ли даже существование этого языка кому-либо известно вне Дагестана», — делился Услар.

Арчинский народ, конечно, не самый малочисленный на земле и насчитывает около тысячи человек. Они проживают в южной части Чародинского района Республики Дагестан, в селении Арчи. В литературе также встречается написание Арчиб, но сами арчинцы называют его «Арша». Селение состоит из главного центрального аула и нескольких хуторов, расположенных не очень близко друг к другу: чтоб попасть из одного в другой, самый удаленный, придется идти пешком более часа.

Арчи расположено в труднодоступной местности на высоте около 2100 метров над уровнем моря и окружено с трех сторон высокими горными хребтами. Представители других этносов сюда почти не заглядывали, и арчинцы сохранили свою культурную и языковую изолированность. Этому помогает и традиционная эндогамия: арчинцы стремятся создавать семью только с представителями своего же народа. Например, Петр Услар в конце XIX века сообщал, что старожилы помнят единственный смешанный брак, который вызвал в селении великий скандал.

Жив обычай и в XXI веке: межэтнические свадьбы воспринимаются как что-то исключительное. «У них в районе — куда хотят, и выходят, и женятся, куда бы ни забрали. А у нас не выдают. Ни за что», — объясняет разницу между своим народом и соседними аварцами сорокалетняя арчинка.

Современные арчинцы свой «самый трудный в свете» язык считают простым. «Поживи тут месяца два, три, четыре, и будешь разговаривать», — считают они. И совершенно искренно: что может быть сложного, если языком владеют даже арчинские дошкольники, не знающие ни русского, ни распространенного в округе аварского.

Но энтузиаста, взявшегося изучать арчинский, поджидают сюрпризы: в «простом» языке семьдесят согласных, около сорока падежей, тридцать спряжений, десять наклонений, более полутора миллионов возможных глагольных форм и другие изысканные черты.

Не упростит задачу энтузиаста и обособленность арчинского. Относящийся к лезгинской ветви нахско-дагестанской семьи, арчинский родственен лезгинскому и табасаранскому языкам. Однако разделение общего языка-предка произошло примерно в VI веке до нашей эры, если не раньше. Для сравнения, праславянский язык распался примерно 1500 лет спустя — это событие датируется концом первого тысячелетия нашей эры. То есть арчинский язык накапливал отличия от своих ближайших родственников на полторы тысячи лет дольше, чем, например, русский и македонский языки.

Семьдесят согласных

Вы едва ли спутаете на слух нахско-дагестанские языки с чешским, шведским или, например, испанским. Обратят на себя внимание необычные согласные звуки, не встречающиеся в европейских языках. Вообще, языки Дагестана обладают богатой фонетической системой, но арчинский выделяется даже среди них: в нем насчитывается 81 фонема. Это примерно в два раза больше, чем в русском языке.

Систему гласных образуют знакомые фонемы i, a, o, u, e. Каждая из них представлена в долгом и кратком вариантах. Долгая гласная не значит ударная: она произносится тем же тоном и с той же громкостью, что и краткая, и может находиться в безударной позиции. Одиннадцатый гласный — сверхкраткий <ə>. В разговорной русской речи такой звук иногда можно услышать в конце слова «министр», благодаря чему Маршак рифмует его с «Мистер Твистер».

Основное богатство арчинской фонетики составляют 70 согласных, большинство из которых — шумные. Если вы услышали в арчинской речи «звук, похожий на русское [x]», это может быть , как в английском. Это может быть редкий для Европы звук <ħ>. Или это может быть <χ>, как в немецком. Точнее, один из восьми его вариантов: сильный (долгий и интенсивный) или слабый; с использованием выраженной губной артикуляции или без нее; с сужением гортани при произношении или без него. Наконец, еще десяток арчинских фонем звучат приблизительно как [кх], может быть, вам попалась одна из них?

Подобное фонетическое многообразие непросто передать на письме. Арчинский язык считается бесписьменным, а лингвисты в научных работах обычно пользуются латиницей, осложненной диакритикой и вспомогательными символами: kɬ'ʷaˤmərči (оспа). Такая запись непонятна носителям, поэтому в 2006 году лингвистами МГУ был разработан кириллический алфавит, лишенный диакритики. Фонем в арчинском гораздо больше, чем число общеупотребимых кириллических символов, поэтому создатели письменности прибегли к комбинациям букв: диграфам, триграфам и даже пентаграфам xхьӀв и ккъIв.

В этой статье все примеры будут даны с помощью латинской графики, использованной в трехтомнике «Опыт структурного описания арчинского языка» отделения теоретической и прикладной лингвистики филологического факультета МГУ.

Сорок падежей

Каждое существительное в арчинском языке относится к одному из согласовательных классов, которые можно сравнить с категорией рода. Таких родов в арчинском языке четыре: класс мужчин, класс женщин и два класса «всего остального» — названий животных, предметов и абстрактных понятий.

Распределение слов между третьим и четвертым классами не поддается объяснению — примерно так, как в современном русском языке без какой-либо явной логики разбиты по родам неодушевленные существительные. Единичные слова-исключения, не попавшие ни в один из основных классов, формируют четыре вспомогательных класса.

Как и род слова, класс существительного влияет на зависимые члены словосочетания: с ним согласуются прилагательные, глаголы, числительные, указательные местоимения: mut̄u bošor (красивый мужчина), mut̄ur x̄̌onnol (красивая женщина), mut̄ub no1š (красивая лошадь), mut̄ut kul (красивая рука).

Но самое примечательное в морфологии арчинского существительного — это не восемь родов, а падежная система. В отличие от русского языка, который относится к номинативным, арчинский является языком эргативного строя. В русском языке тот, кто действует, обычно выражается одним и тем же именительным падежом: «Иван спит», «Иван видит Петра». Прямое дополнение (видит кого? — Петра) при этом оказывается в косвенном, винительном падеже.

Эргативные языки устроены иначе. Если глагол непереходный, как в русской фразе «Иван спит», то действующее лицо выражается абсолютным падежом. Этот падеж можно назвать «основной формой слова»: чаще всего именно в нем стоят слова в словарях. Если же глагол переходный, то есть сообщает о направленном на объект действии (например, «Иван видит Петра»), то в абсолютиве будет стоять дополнение. Источник действия будет передан другим падежом, который называется эргативным.

Вот как это выглядит на примере местоимения «я»: zon bec̄’ōt’uši wi (я болею), wis ušdu zon a1-bo (мой брат меня позвал), но zari kaRəra ši-abu (я письмо написал). Можно сказать, что для эргативных языков характерны примерно такие конструкции: «Петр спит» и «Петр видится Иваном».

Кроме номинатива и эргатива, в арчинском языке есть падежи, близкие по своей роли к родительному, дательному и творительному падежам. Еще пять падежей не имеют аналогов среди славянских языков:

компаратив (сравнительный падеж, при переводе фразы «осел меньше лошади» на арчинский слово «лошадь» окажется в компаративе);
пермутатив (выражает заместительное значение: «я сделаю это вместо тебя» на арчинском языке потребует местоимение «ты» в пермутативе);
каузаль (называет причину, на русский язык существительное в каузале может быть переведено с помощью предлога из-за: «я устал из-за работы»);
партитив (передает значение «из множества»: «выбрал самый вкусный из тортов» по-арчински будет содержать слово «торт» в партитиве);
экватив (значение типичности, как в конструкции «одет по-бедняцки»).
Десятку основных падежей дополняет серия локативов, скрупулезно описывающих положение в пространстве. Локативные, или, иначе, пространственные, падежи образуются с помощью двух составляющих. Первая, категория локализации, называет точное местоположение относительно объекта (например, на нем или внутри него). Вторая характеризует направление действия относительно названного места (например, из этого места, в это место или через него). Во фразе «бабочка полетела на цветок» (t'e1lit̄ik c'imic'əla parx-boli) слово «цветок» (t'e1) оформлено как «по направлению к месту на цветке».

В арчинском выделяют пять значений категории локализации и шесть собственно локативных падежей — всего 28 пространственных значения (два сочетания никогда не встречаются). Иногда каждая локативная форма рассматривается как отдельный локатив, тогда арчинский оказывается языком с тридцатью восемью падежами.

Полтора миллиона глагольных форм

Впрочем, словообразование арчинского существительного — пустяк по сравнению с морфологией глагола! Арчинские глаголы могут нести в себе оттенки самых разных смыслов:

семнадцать видо-временных форм позволяют расположить действие во времени, обозначить его протяженность, завершенность, повторяемость и наличие видимого результата;
суффикс li подчеркивает, что говорящий не был свидетелем действия: axu — это «ломился (и я это видел)», axuli — «ломился (и я этого не видел, но догадался)»;
кроме того, можно отметить, что о действии известно с чужих слов: owxu — «лежал», owxor — «от кого-то слышал, что лежал»;
суффикс t’u позволяет выразить отрицание действия;
с помощью десяти наклонений можно выразить связь высказывания о факте действия с реальностью: это утверждение, уточнение, вопрос, приказ, вежливая просьба, одобрение, сомнение, предположение, запрет или пожелание;
адмиратив выражает удивление от информации.
Все это вместе удивительным образом комбинируется и объединяется: глагол axas (ложиться) превращается в warxarmat ewdili wit’ura — что-то вроде «не сообщал ли кто-то, что он предполагает, что некто продолжает не ложиться?». Возможность образовывать от глагола различные деепричастия, причастия и масдар — «название» действия — еще больше множит количество возможных конструкций. Было подсчитано, что от глагольного корня по всем правилам арчинской грамматики можно образовать 1502839 различных форм. Сравните с русским языком: приведенная в книге «Опыт описания русского языка в его письменной форме» (Волоцкая З. М., Молошная Т. Н., Николаева Т. М.) парадигма русского глагола «делать» включила всего лишь 395 форм.

Вы, наверное, подумали, что такая обширная система форм глагола обязательно требует очень простых правил словоизменения?.. Образование четырех видовых основ уложено в тридцать спряжений (не считая двух десятков неправильных глаголов). Повелительное наклонение образуется нерегулярно, а классно-числовой показатель, отвечающий за согласование с существительным, может быть префиксом, инфиксом или вовсе опущен. В результате получается, что aǩis, barǩir, zaba и q1a — это все формы глагола «приходить».

На самом деле все описанное выше верно лишь для 170 простых арчинских глаголов. Остальные являются сложными, составленными из простого глагола и некоторого вспомогательного слова. Например, серия глаголов со спрягаемой частью bos (говорить) представлена в том числе звукоподражательными глаголами: ǩix̌bos (примерно «кхихьбос» — шипеть, о живых существах), čix̌bos («чихьбос» — шипеть, о масле на сковороде), šuš-bos («шушбос» — шептать), ho1’-bos («хо-бос» — кричать, об осле), s̄unt'-bos («ссунтбос» — нюхать), x̄ubus («ххубус» — пить глотками что-то горячее), qert'-bos («кертбос» — копать, снимать слой земли). Словоизменение сложных глаголов более регулярно и в основном зависит от спрягаемой части.

Как влияют на язык овцеводство и рельеф

Животноводство, в особенности овцеводство, было основным занятием арчинцев. Важная роль этого занятия отразилась на системе числительных в арчинском языке: каждое имеет не только формы, соответствующие четырем именным классам, но и дополнительную особую форму, используемую для подсчета овец.

Личные местоимения представлены местоимениями первого и второго лица, причем вместо единого «мы» имеются слова nent’u («мы c тобой») и nen («мы без тебя»). Такое противопоставление по инклюзивности/эксклюзивности типично для нахско-дагестанских языков, но встречается и в других регионах, например в джунглях Амазонки или среди австралийских племен. Словоизменение арчинских местоимений тоже весьма гибкое: например, слово ušu («мой») имеет форму as̄at’ejt’ut̄immes («именно мне самому принадлежащим»).

Третье лицо обычно выражается с помощью указательных местоимений. Если в русском языке среди указательных местоимений наблюдается противопоставление «этот» (близкий) — «тот» (далекий), то в языках Дагестана, в том числе и в арчинском, система трехэлементная: «этот» (близкий ко мне) — «этот» (близкий к тебе) — «тот» (далекий). Особенности рельефа обогащают эту систему в языках горных народов: появляются также местоимения «тот» (далекий, расположенный выше тебя) и «тот» (далекий, расположенный ниже тебя).

Как арчинский поживает?

Cостояние арчинского языка весьма благоприятное. Численность носителей остается на одном и том же уровне уже более ста лет, и глобализация ему пока не повредила: из села в город арчинцы почти не уезжают, смешанные браки не заводят. Проведенное в 2005-2006 годах исследование показало, что все население Арчи считает своим родным языком арчинский и только владение им оценивает как совершенно свободное. Подавляющее большинство арчинцев любит свой язык и собирается учить ему своих детей и внуков.

После установления советской власти селение Арчи оказалось в Чародинском районе, населенном преимущественно аварами — носителями крупного аварского языка. В 1930-х годах в селе открыли светскую школу, но, поскольку арчинский язык считается бесписьменным, образование на нем вестись не могло. В качестве «родного языка» в школе преподавался и преподается сейчас аварский, на котором говорят почти миллион человек. В школе, кстати, изучается литературный вариант аварского языка, тогда как жители близлежащих сел говорят на отличающемся чародинском диалекте, поэтому арчинцев легко узнают — по слишком «академическому» языку.

Власти Дагестана вовсе не признали арчинский этнос самодостаточным: в паспортах арчинцев указывалась национальность «аварец», и так же их записывали в ходе переписей населения. Такая политика принесла свои плоды: многие арчинцы, особенно молодые, действительно считают себя аварцами. «У нас нету же такой нации — арчинцы. Просто среди аварцев мы арчинцы», — объяснила одна из жительниц села. В переписи населения 2010 года лишь двенадцать человек назвали себя арчинцами, да и то их записали как подгруппу аварцев.

Кроме аварского в школах преподается и государственный язык — русский. В XX веке изоляция арчинцев была нарушена, участились контакты с другими народами. Молодые арчинцы стали получать высшее образование, прежде всего в Махачкале. Роль русского языка возросла, и в итоге в Арчи большинство жителей владеют тремя языками — арчинским, аварским и русским. Арчинский используется в быту, в семье; аварский — в основном при общении с аварами в соседних селах или в районном центре; наконец, русский язык — интернациональный, для отношений с представителям других народов.

Необходимость быть полиглотами не смущает арчинцев. Пожалуй, единственная проблема, которую они отмечают, это сложная ситуация у школьников: знающие только арчинский язык первоклассники вынуждены изучать сразу два совершенно новых и непохожих языка, русский и аварский.

https://nplus1.ru/material/2019/03/18/archinsky-language

Семиотика (семиология)

Семио́тика, или семиоло́гия (греч. σημειωτική < др.-греч. σημεῖον «знак; признак») — наука, исследующая свойства знаков и знаковых систем.

Проблемы отношения имени, значения (семантика) и символа встречаются еще у Платона в диалоге Кратил и в трактате Аристотеля Об истолковании. Семиотический аспект имела библейская экзегетика. В частности александрийская школа развила Анагогическое толкование. Также семиотическим проблемам были посвящены средневековые споры номиналистов и реалистов. В XVII веке Джон Локк определил семиотику, использовав этот термин в значении учения о знаках. Это учение должно иметь своей задачей «рассмотреть природу знаков, которыми ум пользуется для понимания вещей или для передачи своего знания другим».

В семиотике принято выделять тройственную структуру знака. С одной стороны обозначающее (имя), а с другой стороны обозначаемое (референт), которое, в свою очередь, распадается на смысл (интенсионал, десигнат, сигнификат, коннотация) и значение (экстенсионал, денотат). В идеалистической философии платонизма господствовало представление, что смысл (в качестве идеи) предшествует знаку и остается постоянным при всех изменениях. Особенностью тройственной структуры является тот факт, что знак может обладать смыслом, но быть лишенным значения. Таковыми являются фантастические образы (например, кентавр), у которых нет соответствий в реальном мире. Вместе с тем, семиотика нередко затрагивает философские (онтологические) вопросы бытия предметов: есть ли денотат у чисел, моральных категорий, теоретических терминов?

Базовым уровнем знаков являются естественные знаки, у которых наблюдается более или менее однозначная связь между знаком и его референтом. Таковы симптомы и сигналы. Над ними надстраиваются знаки, которые служат напоминанием о предмете. Таковы метафоры и аналогии. И, наконец, наиболее богатым по содержанию является символ.

Совокупность знаков образуют знаковую систему, под которой разные семиотические школы понимали разные вещи. Для Соссюра основной знаковой системой являлся язык, который противостоял речи. Впоследствии под языком начали понимать как естественный язык, так и искусственный (в т. ч. языки программирования). Для тартусской школы Лотмана знаковой системой являлась культура. Также к знаковым системам относили понятие дискурса. Особенностью понятия знаковой системы является тот факт, что знак не существует изолировано и он отсылает, не только к материальным предметам (семантика), но и к другим знакам (синтаксис). Таким образом, знак немыслим без контекста.

Знаки немыслимы не только вне контекста, но и вне интерпретации. Особенно актуальны вопросы перевода (в т. ч. машинный перевод) с одного языка на другой, когда обнаруживается безэквивалентная лексика. Также интерпретация знаков затрагивает вопросы правильного понимания, неправильного понимания и непонимания. Отчасти тема интерпретации пересекается с проблемой истины, авторитета и консенсуса, что затрагивает прагматику знака.

https://ru.wikipedia.org/wiki/Семиотика

Также смотри :
Знак
Языковой знак
Десигнат
Денотат
Референт
Коннотация
Контекст
План выражения и план содержания
Означаемое
Означающее
Значение
Значимость
Смысл
Семиозис
Семантика
Синтаксис
Прагматика
Курс общей лингвистики
Теория знака Гуссерля
Парижская семиотическая школа
Семиотический квадрат
Московско-тартуская семиотическая школа
Биосемиотика
Знаковая система
Лингвистика
Текст
Этносемиотика
Язык
Языковая система

Персоналии :
Р. Барт
А. Греймас
Л. Ельмслев
Ч. С. Пирс
Ф. де Соссюр
Ю. М. Лотман
Ч. У. Моррис
Т. Себеок
Г. Фреге
Ю. А. Шрейдер
У. Эко
Р. О. Якобсон

Забава для добрых нраждан



В одном из эпизодов фильма «Цвет воздуха – красный» показан отрывок бурной политической дискуссии о стратегии и тактике революционной борьбы, протекающей в одном из захваченных студентами учебном заведении. Камера, снимающая происходящее, скользит по лицам участников собрания и в один момент останавливается на картине, висящей в зале. Поверх неё студентами нанесена надпись, представляющая собой один из самых радикальных лозунгов французского «красного мая»: «Человечество обретёт счастье лишь тогда, когда последний бюрократ будет повешен на кишках последнего капиталиста».

В оригинале этой известной фразы, преобразованной студентами в духе революционного творчества, фигурируют монарх и священник. В различных вариациях она встречается у Жана Мелье, Дени Дидро и Вольтера.

К этой же фразе, кстати, восходит и известное четверостишье, приписываемое Пушкину:

"Мы добрых граждан позабавим
И у позорного столпа
Кишкой последнего попа
Последнего царя удавим".

https://vk.com/chris_marker

Перлы из школьных сочинений и ЕГЭ 2018 года

Учитель истории и обществознания из Димитровграда Ульяна Смекалина выложила на своей станице в Фейсбуке перлы из школьных сочинений и ЕГЭ 2018 года. Вот, что она пишет:

Эссе по теме «Труд облагораживает человека» ( выбрали 98 % экзаменуемых. Ни одной адекватной работы из всех, что я проверила):

«Мальчик Маугли без труда стал деградировать и превращаться в животное»;

«Проблема актуальна в условиях социализации общества»;

«В произведении Салтыкова-Щедрина «Матренин двор...»;

«Труд делает человека красивее снаружи и закаленнее внутри»;

«Путин учился на плохие оценки, но сейчас размышляет хорошо»;

«Труд не так страшен, как многие о нем думают»;

«Человек, трудящийся в экстремальных условиях, приводит в порядок своё тело»;

«Сонечка Мармеладова — великая труженица, пример активного труда. В романе показан пример того, как труд облагораживает человека»;

«Согласно УК РФ, исправительные работы являются примером того, как труд облагораживает людей.»;

«Пётр Первый воздвиг Ленинград, ныне Санкт-Петербург»;

«Ученые доказали, что безделье вредно для здоровья человека. От него изменяется состав крови, что приводит к ранней смерти»;

«Трудоголик умрет раньше, а лентяй проживет долгую, но бесполезную жизнь»;

«Белка и Стрелка знаменитые собаки, благодаря труду и терпению полетели в космос»;

«С помощью труда Роман Абрамович воспитал в себе человека»;

«Без труда людям вряд ли удастся остаться полноценными ячейками общества»;

«Обезьяна взяла палку и стала человеком. Человечество летает в космос и все благодаря обезьяне с палкой»;

«Труд действительно облагораживает нас, например финансово»;

«Человек — это индивидуальная личность, созданная природой»;

«Раскрывая эту проблему, проведу терминологическую обработку».

https://chips-journal.ru/news/ucitel-vylozila-v-facebook-otryvki-iz-socinenij-ege-tam-perly?utm_referrer=https%3A%2F%2Fzen.yandex.com

Континетальная и аналитическая философии

В XIX веке мы наблюдаем интересное развитие истории философии, смысл которого необходимо объяснить. Я принципиально не хочу использовать архивный подход к делу. При архивном подходе, когда мы уравниваем большое и малое, теряется смысл. Поэтому в изложении того, что случилось в философии XX века, я буду сосредотачиваться только на ключевых фактах и именах.

Поначалу, казалось бы, ничего особенного не происходит. Возьмем такие фигуры, как Эдмунд Гуссерль, который стал родоначальником современной феноменологии, и Готлоб Фреге, совершивший переворот в области логики. Они академически общались между собой и интересовались работами друг друга. Но уже в следующем поколении — поколении их учеников, таких как Мартин Хайдеггер в случае Гуссерля и Рудольф Карнап в случае Фреге, — происходит нечто удивительное: ученики чувствуют в своем академическом оппоненте врага. Происходит размежевание двух философских традиций, которые получили название континентальной школы философии (в случае Гуссерля и Хайдеггера) и аналитической школы философии (в случае Фреге и Карнапа).

Я забегу вперед и расскажу о современной ситуации, а потом снова вернусь в историю, чтобы показать, что современное положение достаточно непонятно и нам нужно попытаться его расшифровать.

Что мы имеем сегодня? Институциональное, географическое, судя по внешним признакам, бессмысленное, нуждающееся в осмыслении положение философии. У нас есть британские и американские топ-университеты, в которых доминирует аналитическая школа. Аналитическую школу можно характеризовать географически как англо-американскую философию (философию, которая доминирует на английском языке) либо как атлантическую школу, которая представлена институциями, расположенными по берегам Атлантического океана.

С другой стороны — европейские, французские и немецкие университеты, которые в XX веке практиковали совершенно иной способ мышления. И в этом смысле возникает отделенная институционально и географически континентальная школа — британцы дали это название. Они были на острове, а через пролив от них была совершенно другая школа философии — континентальная. И это название закрепилось.

Получается, что у современного молодого человека, который думает о том, чем ему заняться, есть простой выбор. В ведущих университетах всегда очень жесткий выбор: если вы едете в Великобританию либо в Америку, вы будете вынуждены заниматься аналитической философией; если вы в ведущих университетах Европейского континента, вы вынуждены заниматься континентальной философией.

Это очень странное положение, которое кажется бессмысленным. Ему нужно найти объяснение. Для этого нужно вернуться в историю и понять, что это разделение возникает внутри одной географической и языковой среды — германской, немецко-австрийской: Фреге и Карнап с одной стороны и Гуссерль, Хайдеггер, Витгенштейн с другой стороны.

Существовали логические причины для этого разделения. В начале XX века произошло явление в философии, которое уместно назвать логическим поворотом или логическим разделением. Мы отличаем его от того, что технически в философии называется лингвистическим поворотом. Это немного другое.

Логический поворот — это возникновение двух способов достижения истины. Обе школы изначально были согласны в одном. Расхождения между ними касаются последующих шагов, но первый шаг они делают одинаковый. Он гласит: к истине ведет определенный способ мышления, и для того, чтобы приблизиться к истине, мы должны практиковать этот способ мышления. Мы должны никуда не сворачивать с этой дороги, и эта дорога приведет нас к истине. В этом они согласны. И те и другие идут в этом направлении, но дальше их пути расходятся.

В континентальной школе возникает попытка создания логики нового типа, нового языка. И в этом смысле то, что происходит в аналитической школе, кажется на первый взгляд более понятным, потому что все мы в школе изучали логику, мы знаем, что такое логика, что такое научный стиль мышления. То, что происходит в аналитической школе, кажется достаточно респектабельным занятием. Ученые вроде Карнапа или Поппера пытаются осмыслить мир так, как его понимает наука, улучшить методы, которыми наука достигает истины.

Витгенштейн вносит очень важный вклад в это развитие. Он, с одной стороны, уточняет, как наука описывает реальность. С другой стороны, поздний Витгенштейн — это уход в иной способ создания общего языка, попытка мыслить уже не об отношениях человека и природы, не о научном мышлении, а о том, что человек делает в общении с другими людьми.

Витгенштейн предлагает известную формулу, которая позволяет нам наметить некоторые логические различия. Витгенштейн, конечно, известен тем, что его чрезвычайно сложно толковать. Но если свести к каким-то примитивным вещам, возникает запрет на то, что Витгенштейн называет частным языком. Мы фокусируемся на общем языке.

В аналитической школе в XX веке возникает три возможности построения общей речи. Первая — это научная речь, которая возникает между человечеством и природой. Вторая — это попытка договориться внутри сообщества, построить конвенциональную речь. На этом строится политическая, моральная философия XX века, принадлежащая к аналитической школе. И третья попытка построения общей речи — это старая, надежная, добротная кабинетная философия, которая тоже переживает ренессанс в XX веке. Попытка построения общего языка внутри меня самого, договориться между мной прошлым, мной настоящим и мной будущим. Это в духе кабинетных мыслителей, в духе Канта.

То, что происходит внутри аналитической школы в XX веке, описывается как споры между различными основаниями общей речи, между сторонниками науки, сторонниками общественного договора и сторонниками кабинетной философии. Нельзя ни в коем случае думать, что это чистый догматизм. Происходят очень интересные споры, но они внутри горизонта этой программы построения общего языка.

Совершенно иное происходит в континентальной традиции. Когда мы, исходя из нашего школьного опыта, пытаемся осмыслить, что происходит в континентальной традиции, нам это кажется чрезвычайно странным и даже незаконным. Что это за попытки создать логику, помимо формальной логики, которая нам известна?

Тем не менее не только эти попытки сознательно делаются такими мыслителями, как Хайдеггер, Деррида и Делез, но эта логика действительно создается. Иначе бы не было школы. То количество континентальных философов, студентов и людей, которые просто чувствуют себя причастными к этому образу мышления, говорит о том, что это действительно школа. Это способ мышления, которому можно научить. Это нечто, имеющее место не просто как интеллектуальная авантюра.

Между этими двумя школами складывается динамика очень странная, если мы прослеживаем ее по ходу XX столетия. Хайдеггер и Карнап — это противостояние явно идеологическое. Карнап — социалист. Он уверен, что позитивизм, научный способ мышления, позволит нам обо всем договориться, мы установим мир во всем мире, социализм на всей планете. Хайдеггер все это не принимает. Он националист. И то, что он националист, явно связано с тем, что он пытается уйти от общих возможностей договариваться с кем-то еще.

Пик этого противостояния наступает в эпоху Второй мировой войны. Мы имеем замечательное свидетельство Карла Поппера. Во втором томе своей знаменитой книги «Открытое общество и его враги», в которой критически рассматриваются такие фигуры, как Гегель, Гуссерль, Хайдеггер, то есть континентальная традиция, он пишет о том, что это его личный вклад в победу над врагом. И если мы знаем Хайдеггера, мы понимаем, что в те же годы он пишет записи в своих дневниках. Они абсолютно такие же. Это не философское, а политическое противостояние. Это глобальная война, пик ожесточенных отношений между школами.

Во второй половине XX века происходит мирное урегулирование. Отчасти это связано с тем, что логика развивается, логические тенденции достигают пика — с одной стороны, в работах Делеза, с другой стороны, в аналитической школе, в частности в работах Куайна. Оказывается, можно существовать в своей параллельной вселенной и думать о своих вещах, вовсе не обязательно вести войну. Поэтому к концу XX века мы получаем ситуацию, когда эти школы толерируют друг друга. Они смирились с тем, что есть альтернативный способ мышления, и относятся к этому спокойно. Выделяют место для своих оппонентов в своих учебниках, но не проявляют никакого интереса к тому, что происходит в альтернативной школе. Вот так мы пришли к той ситуации в философии, которую имеем сегодня.

https://postnauka.ru/video/84973

Еще :
FAQ: Континентальная философия : https://postnauka.ru/faq/6127
5 книг об аналитической философии сознания : https://postnauka.ru/books/3295
Современная аналитическая философия (видео) : https://postnauka.ru/video/9728