October 12th, 2020

Основные параметры и закономерности формирования молодежных субкультур

Описание и анализ молодежных сообществ как социального явления

Понятия «субкультура» и «молодежная субкультура», возникшие в социальных науках, на настоящий момент стали частью общественного сознания. Журналисты самых разных изданий пишут о субкультурах красочные, хоть и не всегда компетентные, статьи. Подростки примеряют на себя субкультурные маски как знак взрослости. Родители переживают о том, что их дети, включаясь в деятельность разнообразных сообществ, отдаляются от дома. Чиновники проявляют озабоченность, не влияет ли участие в субкультурах на криминальное поведение.
Что же можно сказать о таких сообществах как социальном явлении?

Слово «субкультура» произошло от латинского «sub» — под и cultura — культура. Иначе говоря, субкультура — это «подкультура», являющаяся частным случаем по отношению к более крупной культуре. Особенно часто это слово употребляется по отношению к объединениям молодежи. Несмотря на распространенность и кажущуюся простоту разные авторы вкладывают в понятие «молодежные субкультуры» различные значения. Стоит разграничивать субкультуры и молодежные сообщества самого разного вида.

Молодежные субкультуры — сообщества, обладающие достаточно разработанными системами идентифицирующих признаков: самоназванием, системой ценностей, обычаями, нормами, имиджем, стилем поведения, эстетическими предпочтениями.

Понятие «молодежные субкультуры» является частным случаем понятия «молодежные сообщества». В число сообществ входят группы различных типов — дружеские компании, досуговые объединения, учебно-трудовые коллективы и так далее. Граница между субкультурами, разработавшими собственные системы символов, и «обычными» сообществами трудноуловима. Так, например, среди множества сходных между собой молодежных группировок, существовавших в Подмосковье в 1986 году, только жители Люберец сформировали собственную систему идентификационных признаков и стали восприниматься как субкультура люберов.

Согласно сложившейся традиции под молодежными субкультурами понимают сообщества, связанные с досуговой деятельностью (так называемые «неформальные объединения молодежи»). Учебно-профессиональные сообщества как субкультуры не рассматриваются, хотя они и соответствуют определению субкультуры. Например, студенты, обучающиеся в одном вузе, и тем более на одном факультете, объединены множеством идентифицирующих признаков, однако термин «субкультура» по отношению к ним обычно не употребляется.

В философии и культурологи (областях знаний, занимающихся общими закономерностями существования общества) иногда употребляется понятие «молодежная субкультура», претендующее на обобщенное обозначение молодежи и свойственной ей социальности в целом. В более конкретных науках об обществе (социологии, социальной антропологии, истории) такая обобщенная категория употребляется редко, поскольку в реальности молодежные социальные структуры крайне многообразны и требуют индивидуального рассмотрения.

История развития

Молодежные субкультуры в их современном виде возникли в середине ХХ века, вскоре после окончания Второй Мировой войны. Их появление было обусловлено развитием западной цивилизации, в частности увеличением длительности социализации перед вступлением во взрослую жизнь (что привело к появлению у молодых свободного времени) и ростом благосостояния (что привело к появлению у них же денег, которые можно тратить на себя).

Молодежные субкультуры наиболее распространены в городах, особенно крупных. В цивилизационном отношении для развития субкультур наиболее благоприятно общество «западного» типа, поощряющее проявление индивидуальности, личной активности. Поэтому субкультуры наиболее представлены в Европе, США, Канаде, развитых странах Восточной Азии, а из стран бывшего Советского Союза — в крупных городах России, Украины, Белоруссии, в Прибалтике.

Формы молодежных субкультур обычно заимствуются из других стран (чаще всего, из Европы и США), но при переносе на местную почву они могут заметно изменяться. Так, рэп-культура, возникшая в негритянских кварталах США, в России испытала влияние традиций уличной пацанской среды. Конфликты между группировками, конструирование брутальной маскулинности, напряженные отношения с правоохранительными органами, специфическое щегольство — всё это было знакомо многим российским рэперам не понаслышке, поэтому стилистика и тематика рэпа была легко адаптирована к местным реалиям. Аналогичный процесс происходил во Франции в среде рэперов-арабов.

Молодежные субкультуры в различных регионах мира могут быть похожими независимо друг от друга, под влиянием сходных комбинаций формирующих факторов. Так, были сходны манипуляции с одеждой советских стиляг и английских тэдди-боев. Стиляги конструировали свой костюм с ориентацией на западный стиль одежды, противопоставляя его менее изысканному советскому стилю; манипуляции с одеждой тэдди-боев рассматриваются как попытка малообеспеченной молодежи быть внешне похожими на представителей аристократии. Данные субкультуры появились в двух странах независимо друг от друга, причем в СССР на несколько лет раньше, чем в Великобритании.

Молодежные субкультуры не статичны, и в ходе своего исторического развития они могут значительно трансформироваться. Так, панк-движение в России на протяжении 1980-2000-х годов претерпело серьезные изменения.

Последнее время высказывается мнение о размывании субкультур, обусловленном повышенным выбором стилевых возможностей (особенно в мегаполисах), интенсивными информационными потоками. Развитие субкультур всё более тесно связано с развитием виртуального пространства, особенно Интернета. «Всемирная паутина» позволяет значительно расширить возможности поиска единомышленников, упростить процесс вербальной коммуникации. При этом всё более типично «коллекционирование» молодыми людьми субкультурных идентификаций в ущерб серьезному погружению в идеологию и деятельностные практики одной-двух субкультур.

Механизм формирования

Для возникновения молодежной субкультуры необходимо совпадение ряда формирующих факторов, среди которых политические, социальные, экономические причины, появление технических новшеств, культурные события, деятельность лидеров, пиар через СМИ и так далее. Например, для возникновения рок-культуры в СССР одним из ключевых моментов стало появление доступной звукозаписывающей и звуковоспроизводящей аппаратуры. Вычленение скинхедов-наци из рядов традиционных скинхедов в Великобритании произошло в годы экономического кризиса, когда в большом количестве ввозились гастарбайтеры, отнимающие у местных жителей рабочие места. Практики флеш-моба стали возможны с появлением современных средств коммуникации (Интернета, мобильных телефонов), позволяющих синхронизировать действия большой толпы.

Для успешного существования того или иного сообщества необходимо наличие как можно большего количества объединяющих факторов. Перечислим такие факторы (повторим, что для одной субкультуры их может быть несколько, причем наш список далеко не полон).

1. Общая деятельность. Наиболее важная составляющая бытования субкультуры: возможность производить совместную деятельность делает объединение людей осмысленным. Для спортсменов такой субкультурной деятельностью являются занятия спортом; для туристов — походы; для участников литературных объединений — творчество, обсуждение произведений друг друга и других авторов жанра; для агрессивных сообществ — совместное участие в силовых конфликтах. Для клубов самодеятельной песни (КСП) ключевой формой деятельности являются выездные слеты, проводимые на природе или, в последние полтора десятилетия, в специально снятых помещениях; кроме того, в городских условиях проводятся концерты, популярен туризм.

Часто совместная деятельность собственно и вынесена в название субкультуры: это субкультуры ролевой игры, футбольных болельщиков, руфферов (прогулки по крышам), сталкеринга (посещение заброшенных зданий и территорий), диггеров (исследование подземелий), паркура (акробатика в пространстве города), экстремальных видов спорта.

2. Музыкальный стиль. Наличие собственного музыкального стиля является для субкультуры мощным сплачивающим фактором, поскольку, во-первых, обеспечивает совместную деятельность — посещение концертов, прослушивание и исполнение музыки, обмен записями. Во-вторых, привлекает в субкультуру новых участников — поклонников музыкального стиля, что позволяет обновлять состав участников. В-третьих, дает повод для эмоционального переживания и самовыражения. Для хиппи таким субкультурным стилем является традиционный гитарный рок, для панков — панк-рок, для скинхедов — oi, для растаманов — регги, для эмо и готов — соответственно эмо- и готический рок. Субкультурная музыка не обязательно должна принадлежать одному стилю — это может быть просто круг любимых исполнителей (многие из них часто являются участниками субкультуры).

3. Политическая позиция. Данный сплачивающий фактор актуален для политизированных групп, в современной России они объединяются в пять направлений: проправительственные, левые (коммунисты и анархисты), ультраправые, либерально-демократические и державные.

4. Произведение искусства. Так, книги Дж.Р. Толкиена стимулировали создание субкультуры толкинистов; вторая волна этого интереса возникла после выхода на экраны в начале 2000-х годов экранизации этой книги. Круг поклонников и подражателей возник также вокруг романов Дж. Роулинг о Гарри Поттере.

5. Выдающийся человек может осознанно или невольно стать основателем круга поклонников. Например, в начале 1980-х годов такой круг поклонниц существовал вокруг Аллы Пугачевой, а в начале 1990-х — вокруг группы «Ласковый май».

Помимо явлений, которые являются основой для возникновения субкультур, можно выделить элементы субкультурной самопрезентации (идентифицирующие признаки). Это самоназвание, система ценностей, обычаи, нормы, этика, имидж, стиль поведения, сленг.

Наиболее значимой составляющей, детерминирующей многие другие составляющие, здесь является система ценностей. Так, можно проследить зависимость субкультурного дресс-кода от системы ценностей группы. Молодежь, посещающая модные «продвинутые» клубы, носит подчеркнуто дорогую одежду; это правило поддерживается владельцами клубов — часто вход в такие клубы связан с жестким фейс-контролем. Юноши и девушки, ориентированные на контркультурность, напротив, предпочитают носить дешевую одежду, иногда изготовленную кустарным способом и подчеркнуто поношенную. Одежда субкультур, практикующих агрессивное поведение, часто удобна в драке — она не сковывает движения (или, наоборот, защищает от ударов), утяжеляется предметами для драки (массивная обувь, ремни, цепи), несет на себе военную и спортивную атрибутику. Одежда и аксессуары могут включать изображения, ценные для субкультуры — портреты знаковых личностей, тексты высказываний, элементы исторических стилей одежды.

Молодежные субкультуры часто разрабатывают собственную идеологию, но неоднократно отмечалось, что важнее идеологии субкультурный стиль жизни и поведения — участники субкультур легче отступают от идейных положений, чем от стиля.

Системы символов молодежных субкультур как правило предполагают контркультурность, противопоставление себя «взрослой», доминирующей культуре. Иногда это проявляется в деструктивном поведении, основанном на оппозициях: добропорядочность — криминальность, статичность — экстремальность, чистота — грязь, сдержанность — распущенность. Однако противопоставление не обязательно должно иметь деструктивный характер. Так, если «взрослая» культура воспринимается как культура корыстности, в субкультурные ценности могут входить бескорыстность и взаимопомощь; если «взрослое» общество построено на насилии над природой, то в субкультурные ценности может быть введена экологичность.

Система ценностей субкультуры определяет выстраивание собственного пространства. Как правило, это пространство включает локусы коммуникации — места для встреч, общения. Локус субкультурной коммуникации обычно находится в центральной части города, в месте, легкодостижимом для субкультурщиков, живущих в разных районах, и удобном для общения. Кроме того, коммуникация осуществляется на мероприятиях, знаковых для субкультуры (концертах, спортивных соревнованиях и других), часто они являются местами субкультурной деятельности. Например, для спортсменов-экстремалов значимы места тренировок.

Состав участников

Гендерный состав молодежных субкультур неоднороден. Практически полностью мужскими являются сообщества с высокими нормативным уровнем агрессивности и брутальной маскулинностью (спортивные болельщики, скинхеды, рэперы и т. п.). Чем ниже уровни этих показателей, тем больше в субкультуре девушек, например, у хиппи, готов, в ролевом движении их не меньше, чем юношей. В целом у девушек отмечается меньший, чем у юношей, интерес к участию в молодежных субкультурах, что объясняется их большей направленностью на интимно-личностное общение, а не на совместную групповую деятельность.

По социальному составу среди участников субкультур преобладают молодые люди из «среднего класса», обладающие достаточно высоким уровнем образования. Исключением являются упомянутые выше сообщества с высоким нормативным уровнем агрессивности — в них обычно высока доля уличной молодежи с низким уровнем образования.

Субкультуры и возрастное развитие

Стратегии взаимоотношения молодых людей с молодежными субкультурами сугубо индивидуальны — от плотной включенности в большое количество субкультур до их полного игнорирования. Вступление в молодежные субкультуры начинается примерно с 14-15 лет (окончание подросткового возраста); это совпадает со временем, когда сфера интересов молодого человека выходит за пределы узкого круга семьи и школы. С возрастом происходит потеря интереса к субкультурности, что связано со взрослением, включенностью в новые социальные связи — поступлением на работу, созданием семьи, рождением детей.

Небольшой процент участников остается в молодежных субкультурах во взрослом возрасте; они выступают как хранители субкультурных традиций и часто членство в субкультуре связано для них с профессионализацией (например, музыкальное и литературное творчество, продюсирование, журналистика, изготовление одежды). Некоторые, в целом отойдя от субкультурной деятельности, продолжают испытывать интерес к субкультурной музыке, литературе, стилю одежды. В то же время возможны случаи, когда субкультуры, некогда бывшие молодежными, «взрослеют», в них преобладают люди среднего возраста (так бывает, если участники не уходят из субкультуры, а приток новичков невелик), например, в 2000-х годах такой процесс произошел с хиппи; байкеры, которые с конца 1980-х считаются молодежной субкультурой, на настоящий момент состоят преимущественно из людей среднего возраста.

Рассматривая возрастные рамки субкультурности, нужно учитывать, что в последние годы происходит размывание молодости как возраста. С одной стороны, общественное мнение более спокойно относится к тому, что люди среднего возраста ведут себя «по молодежному», существует даже устойчивая мода на «молодежность». С другой стороны, подростки и даже дети намного раньше получают информацию о деятельности, свойственной молодости, в том числе о субкультурах. Размыванию возрастных рамок молодости и субкультурности способствует, помимо прочего, индустрия развлечений, которая делает молодежное субкультурное поведение товаром как для подростков, так и для людей среднего возраста.

В целом участие в молодежных субкультурах, как и в молодежных сообществах вообще, способствует социализации молодых людей. Учебные и трудовые коллективы способствуют выработке профессиональных умений, но есть сферы, которые затрагиваются ими не в полной мере — это касается выработки навыков общения, самопрезентации, межличностного взаимодействия, эмоционального реагирования; эти навыки формируются в досуговых сообществах, в том числе в субкультурах. Интенсивное общение в молодежных сообществах, помимо прочего, ведет к решению такой актуальной для данного возраста задачи, как поиск половых партнеров, в том числе для создания семьи.

Современное общество предлагает взрослеющим юношам и девушкам огромный набор сообществ на все вкусы и для любых стратегий социализации. В том числе это неформальные субкультуры, которые все желающие могут выбрать согласно своим интересам, стилистическим предпочтениям, личностным характеристикам, жизненным планам. Прохождение через такие сообщества занимает примерно десять лет (с 15 до 25-ти) и является периодом комплексной социализации.

Взвешенное описание и антропологический анализ молодежных сообществ — интересная исследовательская задача. Необходимо учитывать, что существование многих субкультур кратковременно, и они быстро превращаются в «уходящую натуру»; поэтому полевое исследование должно быть оперативным. На наш взгляд, в России на настоящий момент субкультуры изучаются недостаточно активно (впрочем, на Украине и в Белоруссии эта активность значительно меньше). Например, нам не известно ни одной серьезной статьи об эмо, анимэшниках, фольклорном движении, растаманах и многих других сообществах.

На уровне «стратегического» обобщения остались нерешенными многие вопросы, связанные с вариативностью субкультур — например, насколько изменяются параметры молодежных объединений с повышением среднего возраста их участников.

https://postnauka.ru/longreads/2491

Дмитрий Громов : https://vk.com/id7573619

О конструктивности восприятия



Что это: Зрительная иллюзия, созданная американским фокусником Джерри Эндрюсом (1918–2007) и посвященная знаменитому популяризатору математики Мартину Гарднеру (1914–2010). Мы видим, как бумажный дракончик (или, согласно другой версии, тираннозавр рекс) поворачивает голову, не сводя с нас глаз. На самом деле дракончик неподвижен, вокруг него движется камера (или сам наблюдатель — лучше, если он при этом поставит дракончика чуть выше линии взора и закроет один глаз, поскольку наблюдение двумя глазами дает дополнительную информацию о глубине и уменьшает иллюзию), но суть иллюзии в том, что морда дракончика вогнута. Мы же в соответствии с нашим опытом (и неважно, что никто из нас никогда в жизни не видел ни драконов, ни тираннозавров) воспринимаем ее как выпуклую, и зрительной системе приходится согласовывать наши знания с поступающей информацией о конфигурации и движении объекта, устраняя конфликт между опытом и входящим сигналом.
Чем это интересно для науки: Психология давно интересовалась вопросом о том, насколько образ воспринимаемого объекта определяется сетчаточным изображением. Уже во времена Декарта было известно, что изображение на сетчатке перевернуто относительно расположения объектов во внешней среде, поэтому мы не имеем права назвать зрительный образ «непосредственным отпечатком» действительности. Но постепенно становилось очевидно, что восприятие — это процесс конструктивный, творческий: мы создаем образ, основываясь на своем опыте, который может противоречить воздействию. Чтобы изучать процесс построения образа, психологи обычно пользуются разными способами искажения сетчаточного изображения.

Исторически первыми стали исследования с инвертирующими (переворачивающими) очками, «правильно» ориентирующими положение объекта на сетчатке. Такие исследования провел в 1900-х годах Джордж Стрэттон (1865–1957), показав, что, несмотря на полное разрушение восприятия в начале ношения очков, за неделю вполне можно адаптироваться к перевернутому изображению на сетчатке и даже получать удовольствие от созерцания заката. Дальше его опыты воспроизводили многие исследователи (см., например, архивные киносъемки экспериментов Иво Колера и Теодора Эрисманна). Результаты этих экспериментов склоняют к тому, что адаптация носит скорее поведенческий характер, и мы не имеем права утверждать, что видимый мир обретает полностью правильную ориентацию после переворота сетчаточного изображения. Наиболее же интересно то, что в случае такого переворота некоторые события (например, идущий из носика кипящего чайника пар) оказываются физически невозможными, и это открывает широкий простор для «творчества» нашего восприятия (допустим, человек буквально видит, как из носика «перевернутого» чайника что-то льется или сыплется). Еще более любопытными оказались исследования с псевдоскопическими очками, обращающими объект по глубине. В этом случае определенные трансформации (например, обращение человеческого лица) принципиально невозможны в контексте нашего опыта и могут не происходить: при наблюдении через псевдоскоп лицо продолжает оставаться лицом. Это можно продемонстрировать и безо всяких очков, взяв, например, гипсовую маску, что проделывал в своих экспериментах когнитивный психолог Ричард Грегори (1923–2010), автор теории восприятия как проверки «перцептивных гипотез», выдвигаемых наблюдателем на основе своего опыта:

Иллюзия настолько сильна, что, даже если взять раскрашенную маску с нераскрашенной внутренней стороной, внутренняя сторона маски видится как выпуклая, а не вогнутая (см. эксперименты Грегори с маской Чарли Чаплина).

Вернемся теперь к нашему дракончику. Когда видеокамера (или наблюдатель) начинает перемещаться вокруг него, части его головы закономерным образом смещаются друг относительно друга. Возьмите крышку от обувной коробки, поставьте внутренней стороной к себе и попробуйте обойти, наблюдая за происходящим одним глазом: одни части коробки оказываются скрытыми от нашего взгляда, другие открываются, и все это закономерно сочетается в образе неподвижного объекта. Но в случае с дракончиком мы исходим из того, что голова выпуклая. Это знание конфликтует с параметрами воздействия, и мы, учитывая эти параметры, строим образ, который был бы непротиворечивым. Поэтому и относительные смещения частей маски воспринимаем как поворот головы дракончика. А взгляда он с нас не сводит потому, что глаза его и правда неподвижны, как, впрочем, и он сам.

Еще более интересный эффект разрешения перцептивного конфликта можно получить, снабдив маску дополнительными деталями, как, например, поступил Томас Папатомас в иллюзии, вошедшей в число победителей конкурса «Иллюзия года» в 2008 году. Взгляните:

Зачем мне это знать: Эта иллюзия подчеркивает сразу несколько особенностей человеческого восприятия. Во-первых, восприятие конструктивно: мы не пассивно отражаем объект, а строим его образ. Во-вторых, наша зрительная система стремится к устранению конфликтов между воздействием и прошлым опытом. В-третьих, конфликт разрешается, как правило, в пользу опыта, даже если это требует существенной перестройки образа.