January 14th, 2016

Мордовские погребальные традиции и русская Традиция

Оригинал взят у mahtalcar в Мордовские погребальные традиции и русская Традиция
Новая великолепная статья Дмитрия Карабельникова, не только содержащая подробное описание погребальных традиций мордвы (многие из них совершенно одинаковы и с традициями русских Нижегородчины, особенно старообрядцев), но и - самое главное - дающая удивительное чувство того близкого, родного, древнего, которое окружает нас на нашей нижегородской земле и которое особенно ярко и глубоко проявляется на сельских кладбищах.

http://nn.mk.ru/articles/2015/06/05/pokhoronite-menya-stoya.html

«Похороните меня стоя»

Забытые тайны мордовских погостов


Знания русского народа об этносах: эрзе, мокше и полностью исчезнувших мордве-терюханах, - издревле проживавших на территории Нижегородского края, достаточно ограничены. В частности, интересен самый древний из ритуалов – мордовский погребальный обряд. И хотя в настоящее время точная семантика и смысл его по больше мере утрачены навсегда, о нем наш сегодняшний рассказ.

На кладбище не гуляй – мертвец за пятку схватит

У всех финно-угорских народов отношение к кладбищу, погребальным и поминальным обрядам было всегда значимым. Смерть представлялась переходом в иной мир. Именно поэтому кладбища у поволжских финнов – мордвы, так же как и у марийцев, пользовались особым почитанием. На их территории, в частности, нельзя было косить сено, собирать ягоды и грибы, рубить деревья на дрова. К тому же те из живых, кто не оказывал своевременного почтения умершим предкам и не просил у них должного совета, могли накликать на себя беду: считалось, что усопшие родственники могли не только помогать живым, но и наказывать их, насылать различные напасти.

Во время решения общественных или семейных споров, стихийных бедствий, болезни члена родового коллектива, а также при начинании какого-либо семейного или родового дела, включая общественные моления и свадьбы, живые родственники обращались к умершим предкам, советовались с ними, просили их о помощи. По архаичным верованиям мордвы, умершие, живущие в тоначинь веле (в потусторонней деревне), могли не только общаться со своими живыми сородичами, но и влиять на природные явления, способствовать хорошему урожаю, а также общаться с добрыми и злыми силами – мифологическими существами – с целью побуждения последних влиять на судьбы людей. В частности, в селе Суроватиха Дальнеконстантиновского района в конце XIX – начале ХХ века обращения живых к умершим предкам было обязательным среди терюшевской мордвы.

Вы не поверите, но иногда мордва просила совета уснув на могиле. Чтобы задобрить умерших предков, эрзянин или мокшанин шел ночью на кладбище, взяв с собой жертвенную трапезу (хлеб и соль). Придя на место, он ложился ничком на могилу отца или деда и старался заснуть, дабы увидеть сон. Таким образом, он надеялся получить от предков совет насчeт поведения в той или иной тяжелой или необычной ситуации, а также узнать их мнение относительно успеха планируемого дела. Старики всегда старались поступать согласно этим рекомендациям.

Оказалось, что среди умерших на эрзянских кладбищах даже выбирались духи-охранители погостов. Первый раз об этом сообщил в начале XX века мордовский этнограф Макар Евсевьевич Евсевьев, которым было записано предание, что во время основания нового кладбища первого покойника мордва хоронила стоя и с посохом в руках. После чего его дух становился хозяином этого погоста. Духа этого мордва называла Калмонь кирди - покровитель, хозяин кладбища (могилы), или Калмо-ава – мать кладбища. И вот большая удача, именно об этом уникальном, не сохранившемся до наших дней обряде поведала мне пожилая эрзянка-знахарка из села Акузово Зоя Семеновна Сорокина 1933 г.р. Она рассказала так:

«У нас раньше хоронили покойника: первый раз в могилу как заведут и хоронят стоя, и чтобы была стара дева или мужик безродный. Нужно, чтобы они были чистыми перед богом. И у нас (на кладбище в Акузово -- Авт.) похоронены оба: и дева, и мужик. Вот я каждый день родителей вспоминаю значит: помяни, господи, Адама и Еву, царя Давида, девицу Наталью и Тимофея; то есть, похоронена девица Наталья и Тимофей. Это так старики говорили, что на кладбище они старшие покойники – хранители кладбища. Давно их похоронили – бог знат сколько лет прошло. Родители мои умерли – по восемьдесят с лишним лет им было; они ещё про них говорили. Может, и двести лет назад, а может -- более. Обоих, девицу Наталью и Тимофея – похоронили стоя. Места их ушь не найдешь – так только их вспоминаем. А уходим с кладбища, мы им говорим: прощайте, родителы праведные, званые приходите, незваные не приходите»(говор сохранен).

Кстати, нечто подобное из своих детских воспоминаний мне рассказал нижегородский историк Александр Луканов. Оказывается, в селе Ундол Владимирской области есть часть кладбища, где раньше дети боялись гулять. Старожилы рассказывали, что "там нерусские похоронены – стоя". И если человек мимо пойдет, его эти мертвецы за пятку схватят. А вместо крестов там раньше столбики стояли, а ныне только холмики остались. А еще говорили, что в старину в окрестностях Ундола мордовские семьи жили.


На могильные кресты эрзяне юга Нижегородской области повязывают полотенца

Закапывали курицу и зайчатину

Что касается погребального обряда, то еще в середине XIX века в Нижегородской губернии в гробы мордва клала обычный погребальный инвентарь – вещи и украшения, которые по их верованиям обязательны покойному и ранее умершим предкам на «том свете». Мужчине - моток лыка с кочедыком для плетения лаптей, палку – обороняться от загробных собак, а также нож, огниво и трубку с табаком. Женщинам - пеньку, веретено, гребень, нитки и швейные принадлежности. Умершим детям - игрушки, сладости, чашку с ложкой. В гробы некоторых умерших также помещали продукты – лепешки, яйца, вино, деньги. А при раскопках мордовского могильника середины XVIII века в селе Ревезень Перевозского района Нижегородской области была обнаружена деревянная коробочка с остатками скорлупы четырех печеных яиц.

Будучи язычниками по убеждению, хотя уже и крещеная, мордва считала, что их усопшие «на том свете» точно так же нуждаются в еде и питье для поддержания тамошней, загробной жизни, как нуждались в жизни земной. Именно поэтому, по мнению русских православных священников, обычаи «кормления» покойников на практике выливались в освященные традицией коллективные гульбища. Так, например, считал священник С. Троицкий, описывавший в середине XIX века мокшанские обряды в некоем селе юга Нижегородской губернии. Он сообщал о молянах в родительскую субботу, со стороны напоминавшее народный праздник или сельское гулянье. В это время все жители деревень шли навещать умерших родственников, взяв с собою говядину, хлеб, вино и пиво. Курильщики прихватывали с собою табак и трубку. После исправления уставной православной литии на могилах, священников угощали вином и пивом и вежливо выпроваживали их с кладбища – после чего начинался языческий разгул. Как только все без остатка съедено и выпито, пьяная толпа разбредалась – кто мог двигаться – по домам. Далее православный священник писал, что его недавно крещеная паства в своих суевериях доходила до того, что делала в могильных насыпях родственников отверстия, в которые лили пиво и вино, приговаривая при том: «погуляйте, теперь, батюшки вы наши, с нами».


Эрзянская архаичная мета, вырезанная на могильном кресте.Фото Дмитрия Доронина.



Другая мета. По-эрзянски "тёшкс" ("знак, буква").



И ещё.

Для сравнения приведем обряд, увиденный у православной мордвы в XIX веке в Инсаре (город в Республике Мордовия). Там после христианского погребения умершего, родственники и близкие покойного делали в могильной насыпи ямку и клали в нее табак, куриную ногу, зайца и другие съестные припасы, обильно поливая все это пивом и вином. Затем один из родственников или знакомых в длинной белой рубахе вступал с покойным в магический диалог: «Каково тебе на том свете?» – спрашивал он мертвого, и через несколько минут передавал присутствовавшим, будто бы покойник отвечал ему, что в загробном мире хорошо и что у него есть и табак, и курица, и заяц, и пиво, и вино.

Во время совершения у мордвы Нижегородской губернии первого поминовения над могилой закалывали для покойного мужчины лошадь, а для женщины – корову. Часть мяса этих жертвенных животных присутствующие съедали прямо на кладбище (в Акузове, Жданове Сергачского района и прочих мордовских селах и по сей день стоят длинные общинно-поминальные столы, в августовское время загруженные горками яблок и стаканчиками с медом). Остальное уносили домой для жертвы домовому духу. А в глубокую старину мордва вешала на надмогильные столбы или на сучья кладбищенских деревьев шкуры убитого жертвенного скота.


Общий поминальный стол в Акузово

Катались с курганов

Говорят, что примерно раз в 50 лет у нижегородской мордвы-эрзи существовал обряд магического восстановления обрушившихся и оплывших могильных курганных насыпей – маров. В этот день мордовское население не занималось сельскохозяйственными работами, а совершало ритуальные языческие моления и резало жертвенный скот.

Собранные экспедицией музея истфака нижегородского госуниверситета им. Лобачевского данные из частично мордовских сел Большой Макателем и Хозино Первомайского района нашей области свидетельствуют еще об одной загадке. Оказывается, вплоть до XX века, нижегородская мордва-эрзя чтила своих столетия назад усопших предков, захороненных под марами (курганами). В Семик женщины в национальной одежде взбирались на вершины этих насыпей, ложились на бок и скатывались вниз. Якобы, это устанавливало контакты между мирами живых и мертвых, а также помогало исцелиться или предохраниться от всевозможных болезней.

Известный нижегородский филолог и этнолог Николай Морохин приводит данные о следующем обряде из той же местности, который проводился до 1930 годов. В середине лета местные эрзянки устраивали праздник "бабан-каша" (бабья каша) в урочище Калмазырь у древних курганов – месте захоронения мордовских воинов. Старые женщины варили кашу, которой кормили своих внуков. После этого мальчики ползали по траве, «чтобы скорее стали мужчинами и быть сильными». Считалось что при контакте со сдобренной плотью предков землей, дети и подростки магическим образом перенимали силу древних воинов. Когда в 1930 годы курганы распахали тракторами, этот обычай пресекся сам собой.

Во время экспедиции все в то же эрзянское село Акузово Сергачского района Нижегородской области, на кладбище, мы обнаружили более десятка различных мет в виде сложных геометрических фигур. Меты эти оказались с угловыми соединениями черт, что свидетельствует о том, что первоначально они предназначались для высечения топором, которым затруднительно производить плавные линии, а значит, эти меты берут свое начало от бортных знамен. Меты на кладбищенских крестах архаичнее, чем на бытовых предметах – они могли быть родовыми, фамильными или семейными идентификационными знаками – нечто вроде доморощенных геральдических фигур. Полностью отсутствуют меты в виде кириллических букв, ведь в глубокую старину мордва была почти поголовно неграмотной.

В колодах или в срубе

Есть сведения, что могилы у мордвы в глубокую старину делали наподобие погреба со срубом и крышей. Внутрь клали палочку – мерку от гроба – и некоторые хозяйственные принадлежности. Подобные наземные захоронения существовали у старообрядческих начетчиков и отшельников в лесах Заволжья: «могилы эти не подземные, т.е. не врыты в землю, но гроб ставится сверх земли, обкладывается по сторонам четырьмя толстыми кряжами и вместе с ними засыпается землёю». Срубы-домовины (домики мёртвых) наблюдатели позапрошлого века отмечали у костромских и нижегородских старообрядцев. В конце XIX – начале XX века вместо насыпей могилки иногда обустраивали деревянным обрубом из брёвен, сделанным по длине могилы. Такой в виде удлиненного колодца сруб был сверху открытым, изображая из себя ограду могилы. В иных случаях его покрывала плоская или двускатная кровля, на которую также ставили крестик.

Достаточно рано на могилах мордва вместо языческих срубов стала ставить православные кресты. Этнографы XIX века сообщали, что на кресты нередко приколачивали обрубки слег с изображением все той же родовой меты, или снабжали крест развилкой на вершине – для удобства развешивания шкур жертвенных животных.
Что же касается гробов, то до XVIII века мордва делала их из двух половинок расколотого древесного ствола, то есть в колодах. Следы их археологи часто прослеживают в виде древесного тлена. В более далекие времена покойников клали на подстилку из луба или заворачивали в бересту. Исследователи отмечали, что хоронить в гробах мордва начала под влиянием православных соседей лишь в начале XIX века. Мордовские гробы повторяли собою форму колод – и делались с окошечком в крышке или же с символическим обозначением окошечка зарубками или надрезами на плоскости гробовой крышки.

В настоящее время в мордовских населенных пунктах могилы копают гораздо глубже, чем у их соседей-русских. А сельское население в Лукояновском, Сергачском и Пильнинском районах с готовностью подтверждает этот тезис, подшучивая, что, дескать «у горожан в городе прикапывают по колено». До сих пор в мордовских селах юга Нижегородской области захоронение осуществляется исключительно заинтересованными лицами – родственниками и близкими усопшего, и никаких штатных могильщиков. Огромные, тяжелые деревянные кресты тоже сооружают своими силами.

Дмитрий Карабельников, краевед

Эволюция ценностных основ западного человека по Хайдеггеру

Оригинал взят у swamp_lynx в Эволюция ценностных основ западного человека
На основе философской концепции, отражающей восприятие человеком сути бытия (Das Geviert), сформированной немецким философом ХХ века Мартином Хайдеггером, сделано краткое описание фундаментальной трансформации ценностных основ западного человека - со времен древней Греции, вплоть до настоящих дней.
Автор: Смирнов Ф.А.

Collapse )

Апофатика как научный метод

Слово "апофатика" надо понимать здесь в том же смысле, В каком понимал его Дионисий Ареопагит. Он говорил, что есть два пути Богопознания - катафатический и апофатический. Первый путь - отнесение к Богу некоторых положительных определений, наделение Его кажущимися нам подобающими Ему предикатами, вроде "Всемогущий", "Вездесущия", "Благой" и так далее. Это - ответ на вопрос "Что есть Бог?". Второй путь - осознание всех относимых к Богу предикатов как неточных или ложных и их последовательное отбрасывание с целью получении все более полного ответа на вопрос "Что Бог не есть?" и погружения в конце концов в "Божественный мрак", из которого затем таинственным образом выступит подлинный образ Бога, невыразимый в человеческом языке. Апофатический метод, по Дионисию, гораздо выше катафатического, только эта интеллектуальная аскеза подобная экзистенциальной аскезе преподобных, может открыть нам Истину.

Принято думать, что апофатика есть гносеология специально богословская, и к научному познанию она неприменима. Это большое заблуждение. Уже при самом возникновении европейской науки один из ее отцов-основателей, Френсис Бэкон, провозгласил апофатический метод главным научным инструментом, призывая ученых сосредоточивать внимание не на тех фактах, которые подтверждают их теории, а на тех, которые с ними несовместимы. Детализируя эту установку, он разработал целую программу изгнания "идолов", т.е. ложных представлений о мире. Он разделил их на четыре большие группы по признаку их происхождения, т.е. причины, по которой они возникают.

1. Идолы рода - ошибки, связанные со специфическими особенностями восприятия и мышления, свойственными всем людям вообще, всему человеческому роду. В этом пункте он предвосхитил априоризм Канта, но в отличие от последнего не мирился с ним, а предлагал его преодолевать.

2. Идолы пещеры - ошибки, связанные с психологическими особенностями определенных людских групп, со спецификой сословного или профессионального менталитета. Здесь тоже можно уловить предвосхищение, но уже не Канта, а Маркса, утверждавшего, что мировоззрение имеет классовый характер.

3. Идолы рынка - ошибки, проистекающие от несовершенства языка, в частности, от многозначности смысла слов.

4. Идолы театра - ошибки, порождаемые следованию авторитетам и доверию к общепринятым мнениям.

Заметим, что Бэкон призывает освобождаться от ложных суждений заранее, не дожидаясь того, когда им на смену явятся верные суждения. Как и Дионисий, он предполагает, что после освобождения от лжи начнется процесс заполнения образовавшейся пустоты правдой.

Эта программа тотального очищения сознания была не только провозглашена, но и исполнена, другой основатель науки, Рене Декарт, перед тем, как начать строить свою систему мира, отбросил как недостоверное абсолютно все, кроме единственного тезиса "Я мыслю, следовательно я есть". Бэконовская апофатика была взята на вооружение и другими пионерами науки и приносила обильные плоды. Она заключала в себе глубокий культурно-исторический смысл.

Вспомним, как и почему возникла европейская наука, science . Ее появление было результатом действия двух факторов: протестантизма и порожденного им капитализма. Капитализм потребовал такого изучения материи, которое максимально способствовало бы ее утилизации, развитию промышленных технологий, а для этого надо было исследовать материю саму по себе, как если бы она была субстанцией. Протестантизм дал на это свое благословение. Но сделать это было не просто, ибо в действительности она субстанцией не является - ее бытие производно от Творца и Вседержителя. Тварь и Творец так тесно сплелись в христианском сознании, что стали неотделимыми друг от друга. Такой тип сознания выработался в русле схоластического богословия и нашел свое окончательное выражение в учении Фомы Аквинского, где принцип "Вера выше разума" дополнялся всеобъемлющим систематизаторством аристотелевского "Органона". Нельзя было выкинуть первое и сохранить второе, поэтому Бэкон и потребовал выкинуть все и нарочито назвал свое сочинение "Новый органон", как бы отменяя Аристотеля. Только начав с нуля можно было осуществить "коперниканскую революцию" , состоявшую в помещении в фокус внимания не Творца, как прежде, а твари, и в выведении Творца на периферию. Вначале ученые еще видели Его боковым зрением, но потом Он выпал и оттуда, и материя обрела полноценный статус субстанции. На этой идейной основе, превратившейся из методологической в мировоззренческую, и прошла весь свой четырехсотлетний путь великая европейская наука.

Сегодня этот цикл завершается и возникает ситуация, симметричная той, какая была при Бэконе. В своем длительном изучении материи наука добралась до таких рубежей, где автономия материи явно заканчивается и начинает ощущаться присутствие ее Творца, создавшего ее для определенных целей и имеющего какие-то планы относительно ее будущей судьбы. Все то, что мы могли выяснить о ней в рамках презумпции ее субстанциональности, уже выяснено, и эта презумпция становится препятствием для дальнейшего продвижения вперед. Но она за это время так пропитала всю концептуальную составляющую науки, что уже невозможно сказать: вот тут и сидит эта презумпция, а здесь ее нет. Поэтому, если мы хотим идти в познании тварного мира дальше, у нас нет другого выхода, как совершить "обратную коперниканскую революцию" и начать отказываться от того, что именуется "научной картиной мира", в центре которой изображена сидящая на троне священная материя, сохраняя в своем распоряжении лишь экспериметнально-наблюдательный материал и наработанные технологии. Для этого нам необходимо сконцентрировать свой взор не на том, что существующие теории могут объяснить, а на том, чего объяснить они принципиально не способны. Это и будет та апофатика, о которой у нас с вами идет речь.

Все разумное, если и не изначально действительно, то рано или поздно становится действительным, поэтому можно не сомневаться, что наука в относительно недалеком будущем непременно повернет к апофатике. Объективная нужда и этом повороте, помимо интересов развития знания, обуславливается и тем, что, выйдя за пределы той ограниченной области, где она имела прагматическое оправдание, доктрина субстанциальности материи все более отравляет нашу цивилизацию, причем не только в умственном, но даже и в нравственном отношении. Стремление во что бы то ни стало уйти от телеологии создает в науке авгиевы конюшни лжи и подтасовок, приводит к снижению критериев доказательности. Сейчас мы скатились к тому, что материалистической теории достаточно соответствовать фактам лишь в одном пункте из десяти, чтобы она была признана верной: мы радостно ухватываемся за единственное подтверждение и закрываем глаза на все, что ее опровергает. Конечно, это не может не развращать умы и души, отнимая у человеческой мысли главное ее достоинство: самокритичность и придирчивую требовательность к обоснованности своих заключений. Страх перед появлением даже тени внешнего творческого начала в картине мира, подобный известным "фобиям" психиатрии, делает нынешнего ученого почти шизофреником, предающимся глупым, но идейно выдержанным фантазиям вместо честного осмысления бытия.

Одним из самых ярких примеров такого фантазирования служит дарвинизм - этот гнойник в теле науки и культуры. Для избежания терминологических недоразумений сразу скажем, что в дальнейшем будем понимать под "дарвинизмом" утверждение, что зафиксированное в палеонтологической летописи восхождение живых форм от простых к более сложным происходило под действием только двух факторов: небольших случайных отклонений признаков потомков от признаков родителей (изменчивости) и естественного отбора. Это - наиболее краткая и полная формулировка принципа субстанциальности в применении к биологической материи, или, как выражаются философы-материалисты, ее саморазвития. И какими бы мудреными ни были названия современных эволюционных теорий, после очищения от шелухи в них обнаруживается именно эта исходная аксиоматика. А она представляет собой такую же наивную выдумку, как объяснение ирокезами темного пятна на Луне тем, что их далекий предок забросил туда свой томагавк. И для того, чтобы увидеть абсурдность дарвинизма вовсе не нужно знакомиться со всеми квалифицированными возражениями против него, которые выдвигали крупнейшие специалисты от Агассиса, Бэра и Вирхова до Данилевского, Берга и Мейена, а достаточно лишь поставить три вопроса, суть которых понятна каждому человеку.

1) Если движущая сила эволюции видов - адаптация к среде, то почему эволюция идет от простых форм к сложным, а не наоборот: ведь простенькие существа гораздо живучее сложных. Таракан приспосабливается к широкому диапазону условий, он почти неистребим, а вот носорог легко раним и капризен, его самка рожает раз в три года одного-единственного детеныша. По логике дарвинизма все носороги должны были бы давно превратиться в тараканов, но ведь на деле произошло нечто противоположное - древние козявки, подобные нашим тараканам, уступили место носорогам. Почему?

2) Совершенно очевидно, что точки жизнеспособности в многомерном пространстве признаков отстоят друг от друга на больших расстояниях, ибо, чтобы жить на земле, вид нуждается в тончайшей согласованности всех своих признаков - веса, роста, толщины кожи, волосяного покрытия, формы, рефлексов, типа метаболизма, принципа действия иммунной системы и тысяч и тысяч других. Как же один вид может эволюционно превратиться в другой, если для этого один согласованный набор признаков должен сначала разладиться и уже потом достичь нового взаимного сбалансирования? Ведь как только исходная подгонка будет отменена, вид тут же вымрет. Говорить, что ящерица постепенно превратилась в птицу, так же нелепо, как утверждать, будто опера "Пиковая дама" возникла в результате накопления случайных ошибок, сделанных переписчиками "Волшебной флейты". Как только число таких ошибок достигнет критического уровня, никто получившуюся какофонию слушать не станет, и процесс "эволюции" сам собой оборвется.

3) Всякому, кто хоть раз был в лесу или наблюдал за жизнью болота, очевидно, что выживают не отдельные виды, а большие симбиозы видов, биоценозы. На этом основании Вернадский выдвинул гипотезу постоянства биомассы, сейчас подтвержденную и данными о процентном содержании в отложениях изотопа серы, предпочтительно усваимого живыми организмами. Даже на самых ранних этапах эволюции объем живой материи планеты был таким же, как сегодня. Откуда же он взялся, если даже по признанию самих дарвинистов превращение неживого в живое требовало совершенно исключительных совпадений многих факторов? Ведь такое счастливое сочетание может возникнуть в одном месте и один раз, а не сразу на всей земле.

Пока дарвинисты не ответили на эти вопросы так же ясно и доходчиво, как они заданы, нас не должны интересовать никакие их статьи и монографии а поскольку такие ответы невозможны, все то, что написано за 150 лет о саморазвитии живых форм, надо выбросить за борт цивилизации как ненужный и отягощающий балласт.

Это и есть апофатика: придирки к тому, что не проходит по фактам и логике. То, что мы сейчас показательно применили по отношению к дарвинизму, надо применять везде и всюду, где мы хотим что-то понять. Апофатика должна стать (и, конечно же, скоро станет) повседневной нормой познающего мир ученого.

Как изменится наша культурная традиция, когда апофатика действительно станет нормой? Никакого катаклизма не произойдет, но многое будет выглядеть иначе. Например, в школьных учебниках будет написано: "О происхождении нефти в былые времена выдвигались две гипотезы: органическая и неорганическая, и их сторонники вели между собой жаркие споры, похожие на споры тупоконечников я остроконечников у Свифта. В наш век истинного знания стало ясно, что ни одна из этих гипотез не верна, и наличие в земле нефти остается великой тайной, которая может быть со временем откроется, а может быть я нет". Чувствуете, как это будет умно и скромно, как благотворно будет влиять на воспитание детей! Что же касается "большой науки", которая сильно сократит свои кадры, ныне раздутые до совершенно ненужных размеров, то названия диссертаций и публикаций будут примерно такими:

"О принципиальной невозможности классификации элементарных частиц на базе теории групп" или "Эквивалентность объема непознаваемости феномена Жанны д’Арк и мироточения икон". Когда мы привыкнем к таким здравым подходам к познанию, двадцатый век с его помешавшейся на построении универсальных моделей катафатической наукой будет восприниматься нами как мрачная эпоха претенциозности разума, приведшей к потере интеллектуальной честности.

Это - об институциональной стороне апофатики. Но в ней есть еще и персональный аспект. По-настоящему ценные научные открытия всегда рождаются в головах индивидуумов. Гений - это всегда личность, род пророка. Так вот; когда наука вступит в апофатическую фазу, у нас сразу появятся гении, которых в последнее время что-то не видать. Почему можно сделать такой прогноз?

Дело в том, что насчет своих "идолов" Бэкон был прав: рассудок человека, его логика и его язык не приспособлены для постижения сущностных характеристик мироздания, ибо они формировались для ориентировке в сфере явлений, а сущности лежат в ноуменальной сфере, образуя в своей совокупности то, что называется истиной. Рассудок, логика и язык составляют наше "дневное сознание", специфика которого обусловливается корой головного мозга, преобразующей сенсорную информация таким образом, чтобы она позволяла быстро принять поведенческое решение. Но кроме него в нас есть и "ночное сознание", соответствующее "докорковой" части центральной нервной системы, и оно гораздо восприимчивее к сущностям, а значит и к истине, чем разум. Однако, обычно оно заглушается дневным сознанием, ибо оно самоуверенно и крикливо, а истина бежит от крика. "Большой и сильный ветер, раздирающий горы и сокрушающий скалы пред Господом, но не в ветре Господь:после ветра землетрясение, но не в землетрясении Господь; после землетрясения огонь, но не в огне Господь; после огня веяние тихого ветра, и там Господь" (5 Цар. 19, II). Точно так же в безмолвии апофатики ученый услышит негромкий голос истины и передаст услышанное людям. Так отрицательное познание непостижимым путем перейдет в положительное.

http://www.pravoslavie.ru/jurnal/apophatika.htm


Виктор Тростников 6 января 2000 г.

Нервюрные своды в 9 частях



Эволюция нервюрных сводов-1. Рождение :
http://tito0107.livejournal.com/426896.html
Эволюция нервюрных сводов-2. Шестичастные своды :
http://tito0107.livejournal.com/428934.html
Дополнение. Нервюрные своды в романских соборах Испании :
http://tito0107.livejournal.com/432111.html
Эволюция нервюрных сводов-3. Шестичастные английские своды :
http://tito0107.livejournal.com/429414.html
Эволюция нервюрных сводов-4. Английские веерные своды :
http://tito0107.livejournal.com/438322.html
Эволюция нервюрных сводов-5. Английские сетчатые и звездчатые своды :
http://tito0107.livejournal.com/831460.html
Эволюция нервюрных сводов-6. Дальнейшее развитие веерных сводов :
http://tito0107.livejournal.com/831999.html
Эволюция нервюрных сводов - 7. Сетчатые своды Германии :
http://tito0107.livejournal.com/834488.html
Эволюция нервюрных сводов -8. Веерные своды Польши и Германии :
http://tito0107.livejournal.com/834902.html
Эволюция нервюрных сводов - 9. "Цветочные" своды Чехии и Германии :
http://tito0107.livejournal.com/836474.html